Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

ДОН КИХОТ В КЛАССЕ ИЛИ КУДА ДЕВАТЬ «НЕСТАНДАРТНОГО РЕБЁНКА»?

Автор Людмила ПОЛОНСКАЯ

БОЛЕВАЯ ТОЧКА

Куда девать «нестандартного ребёнка»

Все десять лет школьной жизни были для меня законченным кошмаром. Отношения в классе в основном сводились к бесконечным дракам и бойкотам двух группировок со своими вожаками во главе. Чтобы стать членом группировки, нужно было понравиться «атаману», то есть грубо подольститься к нему. Я же упорно не вписывалась в обе «стаи». Счастьем для меня был грипп, когда можно было спрятаться с головой в книжки и забыть о гражданской войне в этом проклятом классе. Увы, слова «дезадаптант» я тогда не знала. Программно-методического комплекса «Социомониторинг», разработанного в Институте развития образования Ярославской области, ещё не существовало. У моей классной руководительницы был свой испытанный метод воспитания – прогнать ребёнка сквозь строй смеющихся над ним товарищей, чтобы ему стало стыдно. Случаен ли тот факт, что больше половины моих одноклассников либо погибли от алкоголя, либо полжизни провели в заключении?

ДЕТСТВО В СЕРЫХ ТОНАХ

На занятии по рисованию в Центре эстетического воспитания детей и юношества «Мусейон» дети рисуют различные линии. Педагог Мария Григорьевна Дрезнина рассказывает им, что линии, как и люди, бывают не только прямые или извилистые, но ещё и с разными характерами: весёлые и печальные, хитрые и злые, добрые и глупые. Десятилетняя Саша рисует весёлую линию, но почему-то берёт для неё серый и коричневый фломастеры. «Это цвета детства», – говорит девочка, и её глаза наполняются слезами. Грязная полоска соскакивает с прямой лыжни и теряется в пространстве бумажного листа… Большинство произведений мировой литературы – о трагедии людей, не укладывающихся в чужие правила поведения и систему взглядов. Дезадаптантами были и Дон Кихот, и Чацкий, и Мастер, и Остап Бендер. А знаменитое цветаевское: «В Бедламе нелюдей отказываюсь жить, с волками площадей отказываюсь выть»! В лучшем случае о таких говорят: «Родились не в своё время», в худшем – подвергают насмешкам и издевательствам. Их удел – непонимание и одиночество. Они были и будут всегда. Но ведь они не посланы на Землю инопланетянами, они оттуда же родом, что и все остальные, – из детства. Первокласснику, впервые переступающему порог школы, ещё невдомёк, что школа – это маленькая модель государства. В государстве есть строго установленные нормы, которые нужно неукоснительно выполнять. Право следить за исполнением этих норм в школе предоставлено директору, который, в свою очередь, наделяет им своих «наместников» – классных руководителей. Те выстраивают отношения в классе согласно требованиям, принятым в школьном царстве-государстве, и собственным человеческим качествам: культурному уровню, кругозору, интеллекту, представлениям о нравственности и этике. Повезло тем, кто попал к творческим учителям, которые способны превратить урок в маленький спектакль, втягивая всех в его действие. Но чаще всего «классная» замучена семьёй и нищенской зарплатой, и то, что происходит в классе, её не очень волнует. Для неё главное, чтобы дети принесли сменную обувь, вовремя пообедали и сдали деньги на мероприятие, и, конечно, уроки выучили. Подумаешь, поссорились, кто-то кого-то обозвал – дети же, можно смотреть на это сквозь пальцы. Для неё класс – это схема, где каждый «винтик» должен быть на своём месте. На самом деле между этими «винтиками» происходят такие драмы, ими владеют такие страсти, которые не снились и Шекспиру. И если классный руководитель не вмешивается в процесс общения, то класс начинает жить своей жизнью. Возникают стихийные группы, ведомые неформальными лидерами, столкновения интересов, выяснения отношений с мордобитием где-нибудь на школьных задворках. И, конечно, выявляются маленькие «козлы отпущения», для которых приходить в этот ад – ежедневное мучение. Им остаётся либо замкнуться в себе и искать какие-то отдушины вне школы (не исключено, что это будет дурная компания или наркотики), либо переходить к открытой форме протеста – паясничать и хулиганить. …Передо мной – график, испещрённый красными и синими штрихами. Это – схема класса, где каждому ученику соответствуют синий и красный столбики. Синий означает отношение одноклассников к конкретному ребёнку. Красный называется «жизненная энергия персоны» – он показывает интерес того же школьника к другим детям, желание общаться с ними. Показатели располагаются относительно горизонтальной линии, символизирующей полное равнодушие. Если оба столбика тянутся вверх и почти равны по высоте, значит, с этим ребёнком всё в порядке – его принимают в классе, с ним легко дружить, и он так же ровен в общении со всеми. Если же красный столбик рванул вверх, намного опережая синий, – перед нами яркий лидер, который хотел бы владеть вниманием большинства. Вот на графике вспыхивают несколько столбцов огненного цвета: значит, в классе назрела «революционная ситуация», и одна социальная группа стремится взять верх над другой. А вот два синих столбика нырнули вниз, под линию замерзания, – перед нами отверженные, дезадаптанты. Хуже всего, когда оба столбца внизу: это «чужак», который и сам отвергает всех. – Каждому ребёнку – участнику проводимого в классе исследования – вручаются специальная инструкция и карточка частоты общения с партнёром, – объясняет психолог медико-психолого-педагогического центра «Пресненский» Центрального округа Москвы Екатерина Перепелицына. – Пользуясь условными обозначениями карточки, он отмечает, с кем из товарищей легче или труднее всего общаться, к кому он равнодушен, к кому просто испытывает интерес. Вся работа проходит строго конфиденциально. На основе этих замеров с помощью компьютера составляется график. Он – всего лишь SOS, крик о помощи, самое трудное начинается потом…

НАКАНУНЕ «РАЗБОРКИ»

Мария Григорьевна предлагает детям придумать свои характеристики для линий графика. Дети выкрикивают наперебой: «Нелепая! Прыгучая! Фантастическая!» А тихая и странная девочка Катя, о которой ребята говорят: «Она у нас дурочка, даже говорить не умеет», – вдруг взяла да и выпалила: «Сообразительная линия!» «Смотрите, какая умница наша Катя! Ну-ка давайте все нарисуем сообразительную линию!» – говорит Мария Григорьевна. Дети послушно берутся за фломастеры. И Катя вся светится от счастья – вот вам и дурочка... Программно-методический комплекс «Социомониторинг» родился 18 лет назад на экспериментальных площадках школ Красноярска под влиянием идей академика, кандидата педагогических наук Виталия Кузьмича Дьяченко и его теории коллективного способа обучения. В 1995 году проект был поддержан президентской программой «Дети России» при научном посредничестве доктора медицинских наук, профессора Московского городского психолого-педагогического университета, руководителя отделения ГНЦ социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского Н.В. Вострокнутова. В комплексе использованы элементы фундаментальных теорий В. Бехтерева, П. Сорокина, Я. Морено, М. Бахтина, А. Ухтомского… Сейчас в эксперимент вовлечены школы Ярославля, а также около двух десятков учебных заведений Москвы. – Природа феномена школьной дезадаптации – не психологическая, а социальная, – считает автор методики, руководитель лаборатории мониторинга Института развития образования ГОУ Ярославской области Ольга Ефимовна Хабарова. – Ребёнок не виноват в том, что он не вписывается в коллектив. Просто его социальные нормы не соответствуют нормам, принятым в данном сообществе детей. Не исключено, что в другом социуме к нему отнесутся иначе. И лечить или «исправлять» его совсем не нужно. По мнению Ольги Ефимовны, присутствие дезадаптанта – как лакмусовая бумажка: оно помогает понять моральное состояние класса. Стоит перевести страдальца в другой класс или школу, как тут же возникнет новая жертва. Значит, сам класс – это зона риска, результат недоработки учителя. Ответственность целиком лежит на взрослых. Именно они должны устанавливать социальные связи с каждым учеником, сглаживать противоречия между детьми, включать их в полезные дела или игры, отвлекающие от «разборок», то есть выстраивать этику общения в классе. Тактичный, бережный контакт нужно устанавливать уже с первого класса: сначала с каждым ребёнком (и особенно деликатно – с ершистой «камчаткой»), затем с парами детей, с компаниями. Важно не закреплять за ними постоянное место в группе, как когда-то в октябрятских звёздочках, а вовлекать в разные виды деятельности с другими детьми. Индивидуальные консультации у психолога показаны не только «нестандартному» ребёнку (желательно – вместе с родителями), но и всем остальным. Включая и педагогов. – Если бы директора школ знали о нашей методике, то меньше было бы несчастных детей, – говорит Ольга Вячеславовна Царёва, руководитель социологического отдела Центра психолого-медико-социального сопровождения «Мир», который успешно действует по методу социомониторинга в школах Северо-Западного округа Москвы. – Но даже те, кто работает с нами, не всегда готовы что-то кардинально менять. Некоторые директора нас сами находят: «Помогите, дети нас не слушают, на уроках хаос». Мы проводим замеры, говорим со школьными психологами, советуем, на что обратить особое внимание. А «хаос» только ещё хуже. Взрослым некогда, им лишь бы учебный план вовремя выполнить. В этом случае повторное исследование проводить бессмысленно. Вот два распространённых примера. Новичок – ребёнок из бывшей союзной республики, с трудом говорящий по-русски. Его не принимают в коллективе, смеются над ним, дразнят «чуркой». Он, конечно, огрызается, дерётся, воспринимает это как унижение его национального достоинства, его рода, семьи. Девочку коробит то, что товарищи ругаются матом – ведь в её семье это немыслимо. Она нервничает, внимание рассеивается, успеваемость снижается. Учителя не обращают внимания: все так сейчас говорят, это уже даже не считается оскорблением. Обстановка в классе становится всё более напряжённая, нервозная... А нужно всего-то исключить слова, несущие агрессию, из лексикона детей, наложить на них строгое табу. Сказать жёстко и твёрдо: у нас таких слов нет. И следить за ситуацией, чтобы подобные конфликты не повторялись. К чему могут привести столкновения в замкнутом школьном пространстве, мы прекрасно можем видеть на многочисленных американских примерах: затравленный, доведённый до белого каления «волчонок»-дезадаптант берёт оружие и расстреливает своих одноклассников…

КЛЮЧ К ПОТАЙНОЙ ДВЕРЦЕ

Группа ребят побывала на экскурсии в ГМИИ им. А. Пушкина. Маленькая Диана особенно пристально разглядывала ассирийские скульптуры. Потом на занятии по рисованию дети изображали узорчатые снежинки и давали им названия. Диана долго не могла начать рисунок, задумчиво сидела над чистым листом. Потом вдруг взяла краски и за минуту нарисовала причудливо переплетённый орнамент. «Это старинный ассирийский узор, я его впервые сегодня увидела, – сказала она гордо. – Я даже и не знала, что мы такой древний народ». Саша, Катя и Диана – ученицы пятого класса, участницы одной из многочисленных художественных акций, проводимых талантливым педагогом и художником Марией Григорьевной Дрезниной в рамках социомониторинга, в сотрудничестве со специалистами центров «Пресненский» и «Мир». Она организует семинары и обучает своей методике школьных учителей, работающих и с обычными детьми, и с теми, кто отстаёт в развитии, имеет проблемы с речью. Суть таких акций – в процессе рисования пробудить скрытые резервы детской души, подтолкнуть ребёнка к творческому мышлению, поднять его самооценку. Она словно открывает невидимым ключиком потайную дверцу, за которой – иные, невостребованные грани его личности. В первых и пятых классах – самое сложное, переломное время – проводится целое действо под названием «Земля, на которой мы живём». Одноклассники и их родители рисуют на кусочках бумаги символы своих ценностей, своё «самое важное». Для замученных работой взрослых это чаще всего море, пляж или пальмы, а для детей, ещё не скованных жёсткими рамками бытия, – любые завихрения фантазии. Бывает, что ребёнок начинает рисовать человека, «из которого льётся кровь», но тут же зачёркивает свой ужастик, и на ватмане появляется что-то более мирное. Случаются потрясающие прозрения и с родителями. Так, один папа нарисовал свой дом и семью и окружил колючей проволокой, «чтобы защитить их от зла…». На следующем этапе нужно наклеить свои «ценности» на огромный ватман – «землю», а затем закрасить общее «небо». Если малыши не достают до «неба», папы сажают их на плечи. В результате возникает единая мозаичная картина мира, к которой все участники придумывают свои названия. И обязательно отмечают понравившиеся чужие рисунки. То есть осознают, что рядом с твоим «главным» всегда будет соседствовать Петино или Олино «главное», совсем не похожее на твоё. По мнению специалистов, любой хороший педагог, математик или химик, сможет проводить творческие акции, встроенные в программу социомониторинга, но по своим предметам. Совместная работа служит очень важной функции – коммуникативной. Это попытка подружить семью и школу, больших и маленьких. После такого урока родителей можно привлекать к школьным забавам, они будут участвовать в них с удовольствием. Дети уже не станут дразнить Диану или Катю, ведь есть что-то, что они делают лучше всех. Но окончательный результат – что теперь всё в порядке – покажет только повторная диагностика проблемного класса. Социомониторинг пока ещё не начал своё победное шествие по учебным заведениям страны. Эксперимент находится в стадии завершения. Мы обязательно будем следить за его ходом и судьбами маленьких героев. Мы верим, что их «цвета детства» обретут светлые, радостные оттенки.

http://sociomonitoring.ru/materials/articles/106

Дети плохие или жестокие, так ли это на самом деле...???

Явление школьной дезадаптации возникает не только потому, что дети «плохие» или «жестокие». Часто этому способствуют сами взрослые. Учительнице просто некогда следить за взаимоотношениями между одноклассниками, она в них не вмешивается, для нее главное — чтобы ученики делали домашние задания, не прогуливали уроки и не хулиганили. Подумаешь, кто-то кого-то обозвал, это же всего лишь дети. А между тем в классе разыгрываются настоящие драмы. Подростки переживают их не менее глубоко в узком школьном мирке, чем взрослые в своем огромном мире. Складываются стихийные социальные группы, ведомые неформальными лидерами, возникают столкновения интересов, конфликты. И, конечно, формируется круг тех, кто ни в одну группировку не вписывается и от этого страдает, и кого психологи называют дезадаптантами.
...Передо мной график, испещренный красными и синими штрихами. Это схема класса, где каждому ученику соответствуют синий и красный столбики. Синий отображает отношение одноклассников к конкретному ребенку. Красный называется «жизненная энергия персоны» и демонстрирует интерес того же школьника к другим детям, желание с ними общаться. Показатели располагаются относительно горизонтальной линии, символизирующей полное равнодушие. Если оба столбика тянутся вверх и почти равны по высоте, значит, с этим ребенком все в порядке: его принимают в классе, с ним легко дружить, и он также ровен в общении со всеми. Если же красный столбик тянется вверх, намного опережая синий,— перед нами яркий лидер, который хотел бы владеть вниманием большинства. Вот на графике вспыхивают несколько столбцов огненного цвета: значит, одна социальная группа стремится взять верх над другой. А вот два синих столбика нырнули вниз, под линию равнодушия — перед нами отверженные, дезадаптанты. Хуже всего, когда оба столбца внизу: это «чужак», который и сам отвергает всех. Каждому ребенку — участнику проводимого в классе исследования — вручается специальная инструкция и карточка частоты общения с партнером. Пользуясь условными обозначениями карточки, он отмечает, с кем из товарищей легче или труднее всего общаться, к кому он равнодушен, к кому просто испытывает интерес. Вся работа проходит строго конфиденциально. На основе этих замеров с помощью компьютера и составляется график. Программно-методический комплекс «Социомониторинг» родился 18 лет назад на экспериментальных площадках школ Красноярска под влиянием идей академика, кандидата педагогических наук Виталия Кузьмича Дьяченко и его теории коллективного способа обучения. В 1995 г. проект был поддержан Президентской программой «Дети России» при научном посредничестве доктора медицинских наук, профессора Московского городского психолого-педагогического университета, руководителя отделения ГНЦ социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского Н. В. Вострокнутова. В комплексе использованы элементы фундаментальных теорий В. Бехтерева, П. Сорокина, Я. Морено, М. Бахтина, А. Ухтомского… Сейчас в эксперимент вовлечены школы Ярославля, а также около двух десятков учебных заведений Москвы.
Природа феномена школьной дезадаптации — не психологическая, а социальная,— считает автор методики, руководитель лаборатории мониторинга Института развития образования ГОУ Ярославской области Ольга Ефимовна Хабарова.— Ребенок не виноват в том, что он не вписывается в коллектив. Просто его социальные нормы не соответствуют нормам, принятым в данном сообществе детей. И лечить или исправлять его совсем не нужно. Просто сам класс — это зона риска, результат недоработки классного руководителя. Ответственность целиком лежит на взрослых. Именно они должны устанавливать социальные связи с каждым учеником, сглаживать противоречия между детьми, включать их в полезные дела, игры — то есть выстраивать этику общения в классе.

http://sociomonitoring.ru/method